Декрет №3 «О предупреждении социального иждивенчества» вовсю действует, напряжённо работает почта, рассылаются тысячи писем счастья, начались первые судебные процессы. Принят он был «в целях предупреждения социального иждивенчества, стимулирования трудоспособных граждан к трудовой деятельности, обеспечения конституционной обязанности граждан по участию в финансировании государственных расходов путём уплаты налогов, пошлин и иных платежей и в соответствии с частью третьей статьи 101 Конституции Республики Беларусь».

То есть всё как всегда у нас: про обязанности граждан и права государства помним, а про права граждан и обязанности государства – нет.

На какие же статьи Конституции ссылается вступление к Декрету?

Статья 56.  Граждане Республики Беларусь обязаны принимать участие в финансировании государственных расходов путём уплаты государственных налогов, пошлин и иных платежей.

Статья 101.  В силу особой необходимости Президент по своей инициативе либо по предложению Правительства может издавать временные декреты, имеющие силу закона. Если такие декреты издаются по предложению Правительства, они скрепляются подписью Премьер-министра. Временные декреты должны быть в трёхдневный срок представлены для последующего рассмотрения Палатой представителей, а затем Советом Республики. Эти декреты сохраняют силу, если они не отменены большинством не менее двух третей голосов от полного состава каждой из палат. Палаты могут регулировать законом отношения, возникшие на основе декретов, которые отменены.

Правда немного выше записана и другая статья:

Статья 41.  Гражданам Республики Беларусь гарантируется право на труд как наиболее достойный способ самоутверждения человека, то есть право на выбор профессии, рода занятий и работы в соответствии с призванием, способностями, образованием, профессиональной подготовкой и с учётом общественных потребностей, а также на здоровые и безопасные условия труда.

Государство создаёт условия для полной занятости населения. В случае незанятости лица по не зависящим от него причинам ему гарантируется обучение новым специальностям и повышение квалификации с учётом общественных потребностей, а также пособие по безработице в соответствии с законом.

Граждане имеют право на защиту своих экономических и социальных интересов, включая право на объединение в профессиональные союзы, заключение коллективных договоров (соглашений) и право на забастовку.

Принудительный труд запрещается, кроме работы или службы, определяемой приговором суда или в соответствии с законом о чрезвычайном и военном положении.

То есть право на труд гарантируется, финансирование обязательно, но принудительный труд запрещён, а механизмы финансирования чётко не определены. Отсюда и появляется реинкарнация советского понятия «тунеядства». В каком-нибудь сферическом в вакууме государстве можно было решить, что на самом деле истинная причина этого Декрета – просто найти ещё один источник для латания дыр в бюджете, но мы ведь живём в самом лучшем из государств планеты Земля, неустанно радеющем о повышении благосостояния населяющих его жителей. Так что отбросим прочь эту недостойную мысль.

Конечно, как законопослушный гражданин, я обязан участвовать в финансировании госрасходов. Ведь это результаты моего труда оплачивают врачей, к которым я хожу на приём за больничным, или учителей, у которых учатся или будут учиться мои дети, или ораву чиновников, неусыпно думающих о том, как улучшить своё, то есть моё, благосостояние.

Однако, по задумке автора Декрета, получается, что это финансирование осуществляется исключительно каждым человеком лично и только через налоги, взимаемые с его зарплаты. Но так ли это?

Давайте разберём несколько примеров.

Случай первый.

Есть рабочий Иван и владелец сети ресторанов Николай.

Иван получает «грязными» 300 рублей, сверх этой суммы его работодатель отчисляет в ФСЗН 99 рублей, а из зарплаты Ивана вычитается ещё 39 рублей подоходного налога. На оставшиеся 261 рубль Иван покупает хлеб, вареную колбасу, кефир, водку и по рублю откладывает на летние расходы на даче.

Николай начисляет себе 3000 рублей, в ФСЗН сверх этого отдаёт 990 рублей, подоходный платит 390 рублей, а на оставшиеся ест сёмгу, суши, пьёт белое французское и два раза в год ездит на Гоа.

Как видно, степень участия в финансировании госрасходов у них отличается на порядок. При этом Николай в районной поликлинике последний раз был в институте, а обслуживается сейчас только в частных клиниках, платя им из 2610 рублей «чистой» зарплаты. Но почему-то оба считаются в равной мере участвующими в финансировании госрасходов.

Случай второй.

Татьяна, жена Николая, не работает. Потому что их семья может себе это позволить, и это их устраивает. Она признаётся не участвующей в финансировании госрасходов и получает извещение об уплате «налога на тунеядцев». Логично? Нет.

Ведь Татьяне даёт деньги, то есть содержит её, её муж, Николай. Эти деньги уже обложены налогами, более того, попадая в оборот через покупку нового лака для ногтей, например, они облагаются по очереди всеми возможными видами отчислений, попадающий в тот же бюджет.

Предвидя возможные упрёки в дискриминации по гендеру, отмечу, что под этот случай подпадают все возможные комбинации внутри семьи из работающих и неработающих её членов. А также случаи совместного проживания в так называемых гражданских браках. Ведь в любом случае, никто деньги из воздуха не берёт, и никто святым духом не питается. Я работаю, плачу налог, и содержу любовницу – и даже в этом случае деньги на её содержание уже обложены налогами через меня.

Случай третий.

Люди, живущие с огородов, при этом формально проживая в городе (новость про огородников из Ивье). Пошлины с продажи на рынке платят, налоги на землю платят, но всё равно считаются безработными и получают привет из налоговой.

Случай четвёртый.

Индивидуальный предприниматель Петров. Платит налоги, работает ни шатко, ни валко, кризис всё-таки, и за год налоговые выплаты у него составили меньше 20 базовых величин. Поэтому теперь он должен уплатить сверх 19,9 БВ в виде налога ещё плюс 20 БВ на «тунеядство» безо всяких скидок.

Случай пятый.

Местный бомж Михалыч. Не работает, вечно клянчит рубль в переходе, регулярно попадает в вытрезвитель и в больницу с обморожением. Вроде бы и государство на него ресурсы расходует, а он за это не платит, поскольку не работает, но как раз с таких асоциальных элементов никто и не подумает взимать налог.

Ещё есть десятки разных вариантов, когда, например, тяжёлая или смертельная болезнь родных требовала ухода, человек не работал, а теперь должен за это ещё и заплатить. Или когда по состоянию здоровья не может работать, но группу по инвалидности утратил. Или когда просто не может найти работу полгода, живя за счёт родственников. В той или иной мере, эти случаи можно отнести ко второму случаю.


В принципе, нестыковок и абсурдных моментов найти можно много.

Вот, например, цифра в 400 тысяч «тунеядцев», которым надо будет заплатить этот «налог». Официально, по данным Белстата, на 1 января 2016 года, безработица составила всего 1% от экономически активного населения страны, то есть 43,3 тысячи человек. То есть всего экономически активных в Беларуси – 4 330 000 человек. А писем собрались разослать четырёмстам тысячам (400 000) человек, что составляет 10,8%. Так сколько у нас тогда безработица? Или у нас так хорошо работают налоговые органы, что не уследили за населением целого Могилёва, которое вроде и работает, но не платит налог? Может, стоит рассмотреть тогда профпригодность Министерства по налогам и сборам и поставить вопрос о его чистке? Или это Белстат так криво считает и дурит голову правительству, которое на основании этой статистики строит светлые планы по выходу на средние папиццот?

Или, например, случаи, когда человек в реальности не первый год учится или работает за границей, но ему приходит письмо, и теперь он должен собирать бумаги и оправдываться. И всё только лишь потому, что нет желания наладить связь между двумя структурами и проверить по электронным базам, кто когда выезжал.

Эта проблема несправедливых поборов затронула очень многих. Кто-то пытается бороться и идёт в суд, кто-то собирает бумаги, доказывающие, что он не должен ничего платить. Но большинство заняло позицию, которую мне озвучили в комментариях в фейсбуке. «Бороться бесполезно. Надо оплатить иначе пеня пойдет», а ещё ж и за границу не выпустят. Вот так вот. Ребят, мы эту позицию занимаем очень давно, с интересом мазохиста наблюдая, что будет дальше. Краем уха слышал, что где-то завтра будет какой-то марш. И всё, больше никакой информации. То есть вот проблема. У многих хотят забрать деньги, которые непонятно откуда взять. И непонятно, с какой стати. Но никакой организации, никаких проявлений своего возмущения. Я, конечно, дико извиняюсь, никого не призываю, и всё такое прочее. Но вот вам просто параллель.

Буквально сейчас, в Румынии проходят массовые протесты, самые масштабные за последние 25 лет. Только лишь потому, что их кабинет министров принял поправки, по которым могли быть амнистированы осуждённые ранее по коррупционным делам сторонники правящей партии. Эти люди просто хотят, чтобы закон работал. Спокойно, мирно напоминают о том, что они есть, и что они не согласны. Не нужно никаких революций, никаких майданов, ничего такого. Можно просто напомнить, что вы есть.

Ну а правовую помощь по данному вопросу (оплаты налога, не митинга) всем нуждающимся оказывают тут: https://www.facebook.com/profcouz/.